Андрей Ростовцев (afrikanbo) wrote,
Андрей Ростовцев
afrikanbo

Парадоксы нашего времени

Заранее приношу свои извинения тем, кто усмотрит в моих рассуждениях неуместность сравнений и грубость оценок, ошибочность в суждениях и несправедливость аналогии. Я рассуждаю, как циничный наблюдатель и, если частота использования слов в тексте романа Л.Толстого и частота самых жестоких терактов имеют одно и то же статистическое распределение, мне приходится заключить, что у этих двух очень разных явлений в основе лежат общие природные закономерности.


Немногим больше года тому назад мне с коллегой по работе пришлось посетить мемориальный комплекс концлагеря «Нойенгамме» в Германии. По территории концлагеря (точнее того, что от него осталось) нас водил пожилой немец, который уже несколько десятилетий изучает историю этого КЦ. Я не буду здесь пересказывать ужасы лагерного быта и печальную судьбу его узников. Моя цель – поделиться мыслями о некоторых еще не совсем понятых сторонах нашей жизни, внешние проявления которой имеют общие черты независимо от того, где бы ни происходили события, в концентрационном лагере или в наше мирное время.


В преддверье войны гитлеровская Германия усиленно модернизирует свою инфраструктуру – строит ударными темпами новые дороги, развивает промышленность, планирует заново перестроить большие города. Старый ганзейский портовый город Гамбург нуждается также в серьезной реконструкции. Для этого необходимы сотни миллионов кирпичей. Где их взять? Чтобы решить эту народнохозяйственную задачу, рядом с Гамбургом организуется лагерь с большим кирпичным заводом на его территории. Для работ в лагерь направляются мелкопроштрафившиеся бюргеры. Хозяйство лагеря (как и других КЦ) было отдано на откуп немецкому ОМОНу – отрядам особого назначения прикрытия (SchutzStaffel). Городские власти Гамбурга заключили подряд с руководством СС на поставку кирпичей для строительства. Деньги не малые, и на протяжении многих лет лагерь должен был поставлять городу строительный кирпич. Всё казалось бы логично: деньги-товар-деньги. Но парадокс заключается в следующем.


За всю историю лагеря Нойенгамме с 38-го по май 45-го через него прошли более 100 тысяч узников, из которых четверть составили русские военнопленные (самый большой контингент из всех национальностей). Заключенные в основном работали на рытье глины для кирпичей стоя по пояс в воде. Те немногие, кому досталась престижная работа отжигать кирпичи в здании фабрики, получали по три ломтика хлеба в день, остальные же – по одному. При таком рационе жизнь в лагере длилась не более девяти месяцев. С точки зрения организации труда, командиры СС были не самые лучшие менеджеры. За всё время существования кирпичного производства в Нойенгамме было отожжено и отгружено городу Гамбургу около 60 млн кирпичей - в среднем всего по 600 на каждого работающего узника. Причем, лагерные кирпичики поставлялись в город далеко не бесплатно. Казалось, дай узнику немного больше хлеба, и из тех кирпичей можно бы не один Гамбург отстроить… да и заработать СС мог бы гораздо больше. Но, по-видимому, не в кирпичах было дело.


Что-то это мне напоминает… Модернизация, инновация, мега- научно-образовательные проекты – с одной стороны и нищенские унизительные условия работы тех самых учителей, врачей и ученых, которые и должны тащить на себе всю эту «модернизацию» - с другой. Ведь не надо изобретать велосипед – дай этим ученым и учителям заниматься своим делом, обеспечь их всем необходимым – и дело пойдет в гору. Но, ведь, нет, вопреки всей логике этого не происходит. Что это? Есть ли здесь какой злой умысел? Заговор?


С моей точки зрения, никакого злого умысла и заговора здесь нет, а есть такое понятие, как энтропия. Для того чтобы она уменьшилась и образовался в обществе порядок, надо совершить определенную работу. А как совершить эту самую работу, если ты этому вовсе не обучен? Отряды СС хорошо выполняли функцию охраны партийных боссов, но для решения народнохозяйственных задач они, очевидно, были не готовы. Точно также какой-нибудь генерал ФСБ, поставленный порулить успешным коммерческим предприятием, пока его владелец отбывает срок, быстро превращает это предприятие сначала в казарму, а потом в руины. И, не потому что он злой гений, а просто потому, что он не умеет ничего другого. Господа М.Ковальчук и А.Фурсенко, наверняка, неплохие мужики, и хороши в кампании, когда надо вовремя пошутить, сказать тост или вставить в разговоре удачно подвернувшуюся фразу. Но, причем же здесь наше многострадальное научное сообщество и система образования? В общем, как в том анекдоте, что б они не делали, а всё автомат Калашникова получается.


Интересно, что эти 60 млн нойенгамовских кирпичей в суматохе войны куда-то бесследно исчезли, так, что их следов до сих пор историки в Гамбурге найти не могут. Исчезли и узники КЦ, которые их делали. Проводя историческую параллель, могу только сказать, что в недалеком будущем забудутся ЕГЭ, ё-мобили, липовые нанотехгнологии Чубайса и дутые проекты Скольково, и, к сожалению, исчезнут в России последние остатки активно работающих ученых и преподавателей. Хотелось бы ошибаться, но у истории – свои объективные законы.


В унисон вышесказанному, из книги М.Максимова «О Бруно Беттельгейме»:
«Почему заключенных так плохо кормили на грани выживания? Ведь концлагеря выполняли в Германии определенную экономическую функцию, у них был план, производственная программа. А с 1939 года, с начала второй мировой войны, они стали работать и на войну. Рабочий день в лагере продолжался шестнадцать -- восемнадцать часов, выходных не было. Казалось бы, немцы, такие дотошные и предусмотрительные, должны были понимать, что если заключенных кормить лучше, то и работать они будут лучше. Ведь в Германии не было голода, с продовольствием у них было все в порядке почти до самого последнего дня войны.»


Tags: социум
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments